ТОП 10 лучших статей российской прессы за Дек. 20, 2016
Екатерина Стриженова: «Я сказала дочери:
Автор: Екатерина Бойко. Семь Дней ТВ-программа
«Конечно, мы в курсе личной жизни Саши. Но все-таки когда наша старшая, Настя, познакомилась со своим Петей, ей был 21 год. А младшей только шестнадцать! Смотрю на нее и думаю: боже, каково же было нашим бедным родителям, ведь когда мы с Александром встретились, нам было всего лишь по четырнадцать», — говорит Екатерина Стриженова.
— Саша, ваши 16 лет — самый возраст для первой любви. Интересно, мама в курсе вашей личной жизни? Вот о первой любви вы ей говорили?
Александра: Говорила и говорю. Конечно, и мама и папа в курсе моей жизни, и личной, и общественной. (Смеется.) Но счастье, как говорится, любит тишину, и чем больше об этом везде распространяться, тем больше будет проблем и недоброжелателей.
— Но я так понимаю, молодой человек у вас есть. И как папа к этому относится? Обычно отцы ревнивы.
Александра: Папа, конечно, «ревнушка». (Смеется.) И если я куда-то иду, то требует полный отчет, с кем, зачем и до которого часа. Папа знает всех моих друзей и держит руку на пульсе. Поэтому, если мне надо осуществить какой-нибудь план, я сначала говорю маме, и тогда мы уже вместе убеждаем папу, что мне «необходимо быть в таком-то месте и что я сделала все уроки, и на высокий балл написала пробник по ЕГЭ, и вообще, я молодец... Я человек, и мне тоже надо иногда отдыхать»!
— Екатерина, вы встретились с мужем совсем юными. Это помогает смириться с мыслью, что ваша 16-летняя дочь уже взрослый человек и, может, скоро найдет свою судьбу?
Екатерина: Подождите, про какую «судьбу» вы говорите? Для меня Саша уже не маленькая, но еще и не взрослая! Все-таки когда наша старшая, Настя, познакомилась со своим Петей, ей был 21 год. А Саше только шестнадцать! Хотя смотрю на нее и думаю: боже, каково же было нашим родителям, ведь когда мы познакомились, нам было всего лишь по четырнадцать...
— Разница в возрасте между вашими девочками 12 лет. Вы их, наверное, и воспитывали по-разному?
Екатерина: Можно сказать, что Сашу и Настю воспитывали разные родители, с разным достатком и статусом! Во-первых, мы и сами с мужем изменились за эти 12 лет. А во-вторых, старший и младший ребенок — это же разные роли в семье, поэтому и другой подход в воспитании. Мы знали, что у старших детей бывает много проблем, если им кажется, что вся родительская любовь младшим досталась. И мы старались, чтобы Настя не была ущемлена. Более того, всегда подчеркивалось, что у нее больше, чем у Саши, прав, возможностей и обязанностей. Но мы не пытались превратить старшую дочь в няню, так что ущерба для нее не было.
— Саша, а вы чувствуете себя самой младшей в семье?
Александра: Конечно. Кто у нас здесь самый маленький и быстрый? Саша! Значит, я должна пойти налить всем чай, накрыть на стол, сбегать за хлебом и покормить собаку! (Улыбается.) Но я не чувствую никакого Настиного превосходства: мол, она старше, и я должна слушаться. Может быть, так было раньше, а теперь я просто повзрослела, и разница в возрасте перестала ощущаться. Настя уехала учиться в Лондон, когда мне было всего шесть лет. Все мои сознательные воспоминания о сестре — как я лечу к Насте или как она прилетает ко мне. Но именно за последний год мы с ней настолько сблизились, что стали не просто сестрами, а лучшими подругами.
Екатерина: Только это меня и выручает. Ведь я же не проверяю у Александры, с кем она общается в соцсети. А мы не раз в нашей программе «Время покажет» поднимали эту тему: нужно ли родителям следить за перепиской ребенка, знать, какую жизнь он ведет в Интернете. Контроль необходим, ребенок должен понимать, что родителей волнует все, что связано с ним. Как найти нужную грань, чтобы проявлять заботу, но не навредить? Подростки уязвимы, для них личное пространство очень важно, они все время за что-то борются. Я стараюсь с Сашей говорить по душам. Объясняю, что некоторые вещи папе, может быть, и не стоит говорить, но мама должна знать все, только тогда я смогу помочь! К счастью, свой человек у нас и в Интернете есть, засланный казачок — старшая сестра.
— А что, в вашей семье папа строже, чем мама?
Екатерина: Ну, папа бывает очень строг, многого требует от Саши: взрослой собранности, уровня знаний, и вообще, спрос с нее огромный. Такое ощущение, что он не был подростком и забыл, что ему тоже было 15 лет. Я-то его прекрасно помню в этом возрасте, говорю: «Не надо рассказывать сказки, в школьной характеристике было написано, что ты не ученик, а вольный слушатель». Но при этом именно папа больше всех балует дочь!
Александра: Все зависит от ситуации. Мы с папой иногда можем в секрете от мамы съесть что-то вредное, а еще сходить в кино, или папа может мне разрешить не пойти в школу. Например, я снималась в картине «Как выйти замуж за миллионера 2», у меня была ночная смена, а наутро надо идти учиться. Я сонная, замерзшая села к папе в машину, и он повез меня в школу. Я уснула, открываю глаза и понимаю, что у меня перед глазами кинотеатр. Говорю: «Пап, ты чего?» А он: «Будем тебя развлекать, работающая ты моя». Мы провели чудесный день и, конечно, в итоге спалились перед мамой, она же всегда все узнает. Получили хороший втык. Ну вот еще история, когда в путешествии мама нам сказала: «Гуляйте, только не ешьте мороженое». Конечно же первым делом я сделала грустные глазки и сказала: «Пап, хочу мороженое». В итоге на белом платье образовалось большое красивое пятно от шоколадного мороженого. Папа купил мне новое платье, а испачкавшееся засунул в пакет. Но мама его все равно нашла, и все закончилось строгим выговором. В то же время мама мой близкий друг, и если у меня проблемы с друзьями, например, я скорее пойду к ней, она мудрая. Да и папу не хочется волновать, он острее все воспринимает. А если мне надо поговорить насчет творческих проектов, я звоню дедушке Олегу (народный артист СССР Олег Стриженов. — Прим. ред.). Они с бабушкой Любой (народная артистка России Любовь Стриженова, вторая жена Олега Александровича. — Прим. ред.) — главные мои эксперты в области театра и кино, системы Станиславского и Михаила Чехова. (Смеется.) Когда кто-то из них рассказывает про молодость, съемки и гастроли — это невероятно увлекательно.
— Саша, вы упомянули о проблемах в дружбе. Неужели с вами такое случается?
Александра: Я научилась не подпускать слишком близко тех, в ком не уверена. С некоторых пор делю людей на зеленых, желтых и красных. Зеленые — самые родные, которые знают обо мне абсолютно все, которым я не боюсь доверить самое сокровенное. Я знаю, что эти люди никогда не предадут. Желтые — это все, с кем я просто общаюсь, периодически вижусь в компаниях. А красными я считаю тех, которые, что бы я ни сказала и ни сделала, переврут все десять раз и я всегда буду «плохой»! Красные из моего круга общения вылетают очень быстро. Мне легче человеку прямо сказать: давай не делать вид, что мы друзья, если ты ко мне относишься иначе.
— А кто входит в круг зеленых людей? И кто еще может в него войти?
Александра: У меня кроме Насти есть еще две сестры: Лиза и Юля — дочери Виктории, маминой сестры. Мы — четыре подружки. Я думаю, что в этот сокровенный круг войти больше не может никто. Но я прекрасно нахожу общий язык со многими людьми.
Екатерина: Мне моя мама всегда говорила: «Не будет меня, останетесь вы с Викторией — самые близкие друг другу люди». А теперь дружат наши дочери. У нас даже есть отдельный чат — «мамы-дочки» называется, куда входим мы с сестрой и наши девочки. Кто-то что-то приготовит, испечет или нарисует — сразу туда выкладывает.
— Саша, вы когда-нибудь чувствовали, что вам завидуют из-за того, что вы дочь Стриженовых?
Александра: Была история, когда четыре года назад в классе мне объявили бойкот. Я чувствовала к себе какую-то адскую ненависть и не понимала, чем она вызвана. Из-за съемок в кино, репетиций и выступлений с мюзиклом я периодически пропускала школу, и это некоторых страшно злило. Конечно, я переживала, это была маленькая детская трагедия. У меня всегда был синдром отличницы, мне казалось, что я должна всем нравиться. Но появилась девочка, которая начала всех настраивать против меня. Я получила миллион ужасных сообщений в Интернете, цитировать не буду... Причем, если в соцсетях шел поток грязи, в школе со мной просто не разговаривали. Не знаю, чем бы это закончилось, но оскорбительные сообщения увидела сестра. Настя объяснила мне, что я никогда не буду нравиться всем, да и не бывает так, чтобы тебя все любили. Всегда найдутся люди, которых ты будешь раздражать, и главное в этой ситуации — достойно себя вести! Как только я перестала обращать внимание на эти бойкоты и сообщения, конфликт был исчерпан.
Екатерина: Вот и я Саше всегда говорила: «К тебе будут всю жизнь цепляться: мол, и оценки тебе ставят хорошие только потому, что родители известные, и в кино тебя папа устроил, а на телевидение взяли, потому что мама договорилась! Нужно просто сказать: «Да, я Стриженова и этим горжусь!» А что касается того конфликта… Я его помню. Он начался с того, что мы уехали отмечать серебряную свадьбу и взяли с собой детей. Нам казалось, что в этот важный день мы обязательно должны быть вместе! Та девочка подняла волну, мол, как Саша смела уехать во время учебного года?! Странная история. Тем более что мы официально отпросились у директора и взяли задания по предметам с собой... Александра не хотела, чтобы мы включались в этот конфликт. Но я считаю, что в таких ситуациях надо разбираться и не ждать, пока само собой рассосется. Хотя в итоге Саша сама все разрулила. Потом она поступила в экономический класс, там всего пять девочек и двадцать мальчиков, мудрый классный руководитель, поэтому никаких конфликтов уже не было. А вот Насте мы не сразу нашли хорошую школу. Несколько раз меняли, пока не попали к Сергею Зиновьевичу Казарновскому. Там особый дух и творческая атмосфера. Ребята и сейчас дружат, встречаются по поводам и без. До сих пор вспоминаем их поздравление на Настиной свадьбе, целый спектакль устроили!
— Интересно, а проблемы с учебой у Саши когда-нибудь бывали?
Екатерина: Недавно Александра написала какой-то «пробник» и докладывает: «Родители, у меня четыре». Я с вопросом: «А почему не пять?» — «Мама, я чуть ли не единственная получила четыре, была очень сложная работа и даже материал, которого мы не проходили!» Помню, в тот момент я поймала себя на том, что то же самое мама моя говорила и я так же ей отвечала. В общем, у Саши нет проблем с учебой.
— Вы ходите на родительские собрания?
Екатерина: К Насте мы всегда ходили на собрания, иногда даже вдвоем. Сейчас, в силу занятости, такой возможности нет. Наш папа тоже вернулся на телевидение, ведет программу «Звезда на Звезде». В общем, у всех сумасшедший ненормированный график. Но мы периодически звоним классной руководительнице, или она пишет нам записки. Думаю, если бы Александра запустила успеваемость, нас бы тут же вызвали на ковер! А так Саша пользуется тем, что мы даже домашнее задание проверить не можем. Там такая математика, что нам и не снилась! Зато Сашины выступления в школе стараемся не пропускать — она то поет, то танцует, то ведет школьные праздники.
— Катя, а вы никогда не боялись, что вашего ребенка назовут представителем золотой молодежи?
Екатерина: Сейчас все чаще золотой молодежью называют тех, кто беспардонно гоняет на дорогущем автомобиле, плюет на правила, презирает окружающих, швыряется деньгами и выкладывает в Интернет свои сомнительные подвиги! Мне трудно представить моих дочерей в такой ситуации, это стыд и позор для каждого родителя! Каждый из нас и наших детей может совершить ошибку, от этого никто не застрахован. Важно, какую оценку мы даем этим поступкам, как выходим из ситуаций. Страна у нас большая, и люди живут в очень разном достатке. Кто-то «доит» нефтяную трубу, а кто-то корову, которую сам же и вырастил. Но жизнь реально поменялась. Когда родилась Настя, мы были очень молодыми, в то время даже памперсов не было! Помню, как со съемок из Прибалтики я привозила какие-то клеенчатые трусики на завязочках, чтобы у ребенка хотя бы не сразу ползунки были мокрые. Я бы Нобелевскую премию дала тому, кто придумал памперсы, честное слово! В то время мы ездили на советском автомобиле, всей семьей загружались в «Оку» и были счастливы...
— Знаю, что был в вашей жизни случай, когда не Александра была дочерью Стриженовых, а вы были просто мамой и папой той самой Александры Стриженовой…
Екатерина: Да! Это был для нас неожиданный опыт. (Смеется.) Александре предложили стать дебютанткой на балу — я, кстати, была против, считала, что в 15 лет рано. Но она же хитрая, тут же обратилась к папе. В общем, меня уговорили. Когда шел процесс подготовки, нас поздравили с тем, что компания Chanel выбрала Александру своим лицом на балу. Ее пригласили в Париж на Неделю моды, там она встречалась с Лагерфельдом, а потом была незабываемая фотосессия в знаменитой квартире Коко Шанель! И мы увидели Александру, что называется, «в работе». Она общалась с фотографом на прекрасном английском, ей все время подносили новые наряды (причем мы никак не могли поучаствовать в процессе, дать совет). Модный дом работал с Александрой, а мы с папой только подавали халат, тапочки и кофе «госпоже Стриженовой»! А в конце длинного съемочного дня команда нас поблагодарила «за талантливую дочь», а фотограф сказал: «Я много снимаю моделей по всему миру, но ваша дочь удивила меня тем, что очень уверена в себе. У нее есть стержень, в таком возрасте это большая редкость, поверьте!»
— Саша с раннего детства нагружена множеством дел и занятий…
Екатерина: Я считаю, что ребенок должен быть максимально занят, чтобы не было времени просто шататься по улице. К тому же все психологи говорят, что помимо школы должен быть еще коллектив, где можно проявить себя. Не у всех складываются отношения в школе, а занятия — это отдушина, собрание по интересам! И не важно, играете вы в футбол или вышиваете крестиком. Меня, например, родители в пять лет отдали в народный хореографический ансамбль «Калинка», и я там задержалась на пятнадцать лет. Концерты, репетиции, гастроли — интереснейшая жизнь! У нас и Настя чем только не занималась: бальными танцами, горными лыжами, музыкой. Но художественная школа «Старт» при Доме архитекторов, куда она пришла совсем маленькой и которую окончила, имела самое большое значение при выборе профессии. А Александру в три года мы отдали в художественную гимнастику к Ирине Александровне Винер. У Саши, как и у меня, эмоции выражаются через движение.
Александра: Я долго считала, что в моей жизни главное — гимнастика. Но хотелось все попробовать: я пела в хоре Большого театра, занималась плаванием, теннисом. Потом, когда наступил более или менее сознательный возраст, встал выбор между жизнью и спортом. То есть либо спорт, либо все остальное. Я решила выбрать жизнь! Но моя жизнь немыслима без движения, и я пошла к Алле Духовой в «Тодес». Потом решила освоить и другие направления, поэтому сейчас занимаюсь в студии «PROТАНЦЫ» у Мигеля (наставник в программе «ТАНЦЫ» на ТНТ. — Прим. ред.). Здесь можно научиться и хип-хопу, и модерну, и контемпорари...
Екатерина: А теперь Саша захотела еще и кататься на коньках, так мы оказались в школе Насти Гребёнкиной. Но я думаю, это последний год, когда есть возможность для чего-то кроме школы. Дальше начнется подготовка к поступлению в институт.
— Саша определилась с будущей профессией?
Екатерина: Она еще в раздумье, окончательно не решила... Саша человек коммуникабельный, у нее потрясающая память, хороший иностранный язык и математические способности. Чтобы как-то сориентироваться, летом Саша училась в Колумбийском университете в Нью-Йорке, изучала экономику и бизнес. Приехала и говорит: «Мама, нашим сознанием манипулируют. В маркетинге все продумано, и можно продать любую ерунду, зная только психологию». Правда, параллельно она пошла на театральные курсы, сыграла в трех спектаклях главные роли, чем нас с папой сильно озадачила.
— А если Саша завтра придет и скажет, что хочет быть актрисой?
Екатерина: Недавно, когда в очередной раз были в театре, я ее спросила: «А ты готова быть третьей елочкой в заднем ряду?» Оказалось, не готова. А человек, желающий стать артистом, наверное, должен быть готов и елочкой, и березкой, и Винни-Пухом.
Александра: Я всегда понимала, что буду получать серьезное образование, не актерское. Это внушили родители. Актерская профессия очень зависимая, а когда у тебя есть фундаментальное образование, ты все-таки больше зависишь от уровня профессиональных знаний, нежели от вкуса режиссера или размера талии. Я учусь в экономико-математическом классе, буду смотреть, какие факультеты мне подходят. Среди вузов я в первую очередь рассматриваю МГУ. Но буду ходить на дни открытых дверей и в другие институты.
— То есть вы, Саша, хотите учиться в России, хотя ваша сестра построила карьеру в Америке…
Александра: Сначала Настя училась в Европе, потом в Америке, сейчас работает арт-директором Victoria’s Secret. Логично дизайну учиться там, где есть фэшн-индустрия. Я попробую состояться здесь, в России, тем более вроде и государство нацелено поднимать экономику и развивать науку.
Екатерина: Настя прошла огромный конкурс и получила эту должность, будучи гражданкой России. Ни папа, ни я не могли ей помочь, это ее заслуга.
— Вашу карьеру точно можно назвать успешной: каждый день прямой эфир на главном канале страны, еще и «Доброе утро», вас знают и любят! А дочери не жалуются, что вы уделяете им слишком мало внимания?
Екатерина: Муж жалуется. (Смеется.) Он даже спектакль «Неугомонный дух» специально поставил, где мы вместе играем, чтобы чаще видеться! Ну а если серьезно, это проблема всех работающих родителей. Однажды наша мама сказала: «Вы так близки со своими дочками, у вас более доверительные отношения, чем были у нас». На что то ли Виктория (старшая сестра, дизайнер Виктория Андреянова. — Прим. ред.), то ли я ответила: «Мама, но ты же все время была на работе». И она расстроилась. Когда папа умер, мама в 36 лет осталась одна с двумя детьми и, чтобы нас поднять, работала с утра до ночи. С другой стороны, я много наблюдала подруг, которые бросали институты, работу, чтобы быть рядом с детьми, делали с ними уроки, водили на кружки. В результате это мало кто ценил, чаще такие дети относились к маме как к неудачнице: «Ничего ты в этой жизни не сделала». Что касается моих детей, они видят результаты моей работы, это важно. Так что иногда берите своих детей на работу, пусть наблюдают вас «в деле», чтобы уважать и ценить ваш труд.
— Скоро Новый год, с этим праздником какие воспоминания связаны?
Александра: Мама традиционно работает в новогоднем утреннем эфире, а потом мы обязательно воссоединяемся и готовим вкусный ужин. Это семейный праздник. И я никогда не буду в Новый год ходить на тусовки. В прошлом году мы впервые отмечали не дома — но лишь потому, что Настя с Петей не смогли прилететь. Чтобы не разбивать компанию, мы сами полетели к ним в Нью-Йорк, встретили праздник, а утром снова сели в самолет и оказались в Мексике. Мы любим на зимние каникулы летать к солнышку. А в детстве мы с Настей особенно ждали момента, когда папа приносит в дом живую елку, иногда прямо 31 декабря, и надо доставать кучи коробок с игрушками, гирлянды, фонарики. Новогодняя атмосфера прекрасная: музыка, снег за окном, и все счастливые. Меня недавно папа спросил: «Ну что, будешь письмо Деду Морозу писать?»
— И что вы ответили?
Александра: Буду! Кстати, недавно бабушка нашла мои письма Деду Морозу, которые я писала в детстве. Странно, что они оказались у нее. (Смеется.) Оказывается, я каждый год просила у Деда Мороза подарки всем членам семьи, кроме себя.
— Катя, ваша дочь — какая-то идеальная девочка. Интересно, а бывает, чтобы она вас расстраивала?
Екатерина: Трудно быть объективной к дочери, но могу сказать, что Саша человек добрый, отзывчивый, целеустремленный, но никак не идеальный, и, наверное, к счастью! Идеал обречен на одиночество. А у Саши характер сильный и упрямый. Что касается родителей, так нас расстроить не сложно. Например, каждое утро готовлю завтрак, а Саша сделает два глотка чая и бегом. Или когда на улице минус десять, прошу: «Иди в школу в уггах!» А она бежит в модных ботиночках и без шапки. А телефон! Ей все время звонят или пишут. Я даже требую, чтобы за ужином она убирала телефон с глаз долой! Папа поддерживает: «Еще немного, и я вообще его отключу». Интернет нужно дозировать, иначе будет катастрофа.
— Саша, родители сильно вас ограничивают?
Александра: У меня с родителями есть договоренности, которые просто надо соблюдать. Например, если ухожу с друзьями, каждый час присылаю маме фото, что все хорошо, а папе — СМС. Главное, не нарушить обещание! Я прихожу вовремя, ни разу не происходило чего-то такого, чтобы родители сказали: я не оправдала доверие. И, я надеюсь, не произойдет. Много лет назад мама сказала: «Помни, везде есть глаза и уши, особенно в твою сторону». Эта фраза засела у меня в голове. Где бы я ни находилась, я всегда стараюсь вести себя достойно.
- Поделиться в
Коментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
![](/media/covers/7-dnej/2024/189532/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/189352/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/189207/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188985/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188854/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188744/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188583/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188396/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188217/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/188019/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187855/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187681/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187511/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187320/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187161/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/187043/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/186866/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/186760/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/186577/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/7-dnej/2024/186389/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)