ТОП 10 лучших статей российской прессы за Ноя. 9, 2022
Елизавета II: долг как смысл жизни
Автор: Ханна Лебовски. Караван историй
Как и всем детям всех времен и народов, этой девочке с малых лет внушали простые правила - как себя вести нужно и как не следует, что такое хорошо и что такое плохо в глобальном, крупном и в мелочах. Просто в отличие от других девочек и мальчиков она с самого начала твердо знала, что у нее нет права нарушать эти правила, нет возможности ошибиться, а есть обязанность соответствовать. Потому что она - принцесса. А потом - будущая королева.
Нет, она не из наследниц, что были лишены счастливого детства и радостной юности. У нее было все — любящие родители, друзья, счастливая любовь. Только этим маленьким собственным миром она ограничиться не могла, даже если бы желала. Ее мир был большим, для кого-то даже слишком. Но не для нее. Этот огромный мир оказался абсолютно соразмерен масштабу ее личности. И словно зная о том, сколь много в ней заложено и сколь многое от нее зависит, судьба отпустила ей на редкость долгую жизнь. Каждое десятилетие она делила с Историей — и в каждом играла ведущую роль.
Жизнь Елизаветы сложилась бы по-другому, если бы не скандальное событие в королевской семье. Влюбившийся в экстравагантную американку король-бунтарь Эдуард VIII отрекся от престола. На трон взошел его брат, герцог Йоркский. Вот так старшая дочь короля Георга VI и королевы Елизаветы в 10 лет стала наследницей престола.
На том месте, где в доме № 17 на Брютон-стрит, резиденции графа Стратмор, 21 апреля 1926 года появилась на свет маленькая принцесса Елизавета Александра Мария Йоркская, теперь — китайский ресторан с мемориальной доской. И уже не представить, где стояла кроватка маленькой Лилибет, где она читала свои первые книжки, где ее в три года впервые сфотографировали для обложки главного американского журнала, где она писала прописи и штудировала учебники под руководством домашних учителей и где играла с младшей сестренкой, принцессой Маргарет. История, искусство, право, религиоведение, литература, языки, конституция, верховая езда — классическое фундаментальное образование, подобающее истинной принцессе. Но вдобавок к тому — нежная любовь мамы, гордость папой, тесная дружба с сестрой и обычные детские игры вроде гонок на велосипеде по садовым дорожкам.
Все закончилось в сороковых. Когда ей было тринадцать, началась Вторая мировая. И мама двух принцесс наотрез отказалась эвакуировать дочерей, несмотря на бомбардировки. Семья короля должна была быть рядом с народом — и служить примером и вдохновением для него. Уже в 14 лет Лилибет выступила с первым публичным обращением — к своим юным сверстникам в детской радиопередаче, твердо уверяя их, что все будет в порядке и что победа добра над злом неизбежна. В шестнадцать — первый официальный визит, точнее, воодушевляющее появление на публике, поездка в гвардейский полк. В 17 лет — огромная ответственность, причисление к пяти государственным советникам, имеющим право брать на себя обязанности короля, если с ним что-то случится. В восемнадцать — вступление во вспомогательную службу, женский отряд самообороны. Теперь она стала военной, получила первую настоящую земную профессию — механик-водитель санитарного автомобиля и звание лейтенанта. Всю свою жизнь Елизавета будет все делать первой — первой в истории, первой в стране или первой в клане. Вот и теперь она оказалась первой женщиной рода, служившей в армии и получившей простую специальность.
А в 21 год Елизавета вышла замуж за 26-летнего бравого статного красавца, офицера британского флота, ветерана войны, аристократа с корнями в датской и греческой королевских семьях и к тому же дальнего родственника — праправнука великой королевы Виктории. Принц Филип Маунтбаттен понравился ей, когда Лилибет была еще ребенком — они встретились в 1934 году. А заново вгляделись друг в друга спустя пять лет — точнее, она влюбилась в этого потрясающего юношу, ожившую греческую статую, когда посещала Королевский военно-морской колледж в Дартмуте. Он, яркий, веселый, склонный к грубоватому юмору и обаятельному лихачеству, разглядел ее чуть позже — уже во время войны. Не как выгодную партию. Как личность — уже тогда уникальную и обещавшую со временем превратиться в живую легенду. И как очень привлекательную молодую женщину — прекрасно воспитанную, умную, обладающую сильным здоровым характером, талантливую и при этом излучающую неброское очарование. Может быть, ее характер был сильнее. Может быть, она была умнее. Но только никто и никогда больше не привлек ее внимания — и дело было не в чувстве долга на виду у всего мира. Дело было в любви. Все развивалось по романтическим канонам времени, подогретым близкой опасностью. Переписка, первые признания — и быстрое взаимное чувство. Чистое и страстное. Им не чинили препятствий, казалось, судьба расчищает перед ними дорогу. Помолвка в июле 1947 года, титул герцога Эдинбургского жениху — и пышная свадьба, которой рукоплескал весь мир. Спустя год на свет появился их первенец, Чарльз. Спустя еще полтора — дочь Анна.
Это был, может быть, единственный кусочек жизни, отпущенный Елизавете в пространстве нормы. Она успела пережить все чувства, предначертанные девушке, а затем молодой женщине. Побыть дочерью, возлюбленной, невестой, молодой женой и мамой. В начале 1952 года дверца в это светлое время закрылась — и 25-летняя принцесса Елизавета вышла на залитую беспощадным светом софитов сцену: стала королевой Елизаветой II. Простившись с горячо любимым отцом, скромным и героическим королем, проявившим себя в годы войны поистине благородно. Приняв от него бразды правления. Поклявшись ни в чем не преступить его заветов. И сдержав эту клятву.
Они с Филипом тогда отдыхали в Кении — там 6 февраля принцесса и узнала о смерти отца и своем незамедлительном переходе в статус королевы. После Георга I Елизавета стала первой британской наследницей престола, которая взошла на него за пределами государства. И когда в Лондоне впервые с дворцового балкона прозвучало «Боже, храни королеву!» — повсюду одновременно взмыли флаги, приспущенные в трауре по покойному королю.
Все, что с ней происходило, происходило впервые в мире и истории. И коронация Елизаветы II в Вестминстерском аббатстве 2 июня 1953 года впервые транслировалась по телевидению в прямом эфире. А через две недели на военно-морском параде с участием не только британских, но и иностранных кораблей советский каперанг подарил королеве от имени своего правительства горностаевую мантию и был приглашен ею на танец. В течение полугода она посетила многие страны мира — в том числе первой в качестве монарха побывала в Австралии и Новой Зеландии, встретилась со всеми мировыми лидерами и даровала титул сэра великому премьер-министру Уинстону Черчиллю. Это был первый премьер-министр в долгой истории царствования Елизаветы. Первый из пятнадцати.
Первой в истории в 1957 году британская королева поздравила свою страну с Рождеством по телевидению. Первой в 1958 году позвонила по новому виду телефонной связи — транкингу. Первой стала героиней светской хроники и объектом как упоенных похвал, так и достаточно резкой критики в прессе. В ее лице лидеры мнений обличали монархию как институт — от робких поначалу замечаний насчет изначальной оторванности аристократии от жизни простого народа до повсеместных жестоких упреков и сплетен спустя десятилетия, когда СМИ окончательно утратили пиетет к некогда неприкосновенным персонам.
В шестидесятые Елизавета совершенно утвердилась в качестве не картонного персонажа в короне, а одной из главных культурных икон. К каковой в то время свободы и перемен припадали все сколько-нибудь знаменитые люди, считая такую встречу величайшей честью. Перед ней опускались в реверансах Грейс Келли и Мэрилин Монро, с ней робко перешучивались, превратившись в тот момент в школьников, четверо ливерпульских кумиров-битлов, ей улыбался своей легендарной улыбкой первый космонавт Юрий Гагарин, перед ней почтительно склонялась самая знаменитая в мире президентская чета — Джон и Жаклин Кеннеди и стоял навытяжку первый человек, ступивший на Луну, — Нил Армстронг... Это десятилетие было слишком стремительным — невозможно было ни предвидеть, ни быстро осмыслить, ни свыкнуться с громкими, меняющими мир событиями. И вот Елизавета с королевской семьей в полном составе присутствует на похоронах великого Черчилля и объявляет общенациональный траур. А вот принимает у себя уже не жену, а вдову Кеннеди и братьев убитого президента — Роберта и Эдварда, а вскоре выражает соболезнования по случаю убийства бедного Бобби, так и не сумевшего стать главой США вслед за Джоном. А вот узнает о гибели чудесного космонавта Юрия. А вот Джон Леннон дерзко возвращает ей высшую награду — орден Британской империи — возмущенный поддержкой британским правительством войны Америки во Вьетнаме.
Она продолжает свои поездки по миру — в том числе в социалистические страны. А еще тихо, последовательно, аккуратно и дальновидно меняет имидж британской королевской семьи — вместо оторванных от действительности и закрытых миру небожителей Виндзоров все больше начинают воспринимать как завораживающе привлекательных современных оживших сказочных героев. Внимание всего мира приковано к первому документальному фильму ВВС об обычной ежедневной жизни королевской семьи, ставшей еще больше: в то славное десятилетие Елизавета родила третьего ребенка, принца Эндрю, и четвертого и последнего — принца Эдварда.
Семидесятые выдались не менее бурными, а жизнь английской королевы снова представляла собой сплошную премьеру. Тут были и встречи с главными политиками мира — от президентов США Никсона, Форда и Картера до главы Югославии Тито, от японского императора Хирохито до румынской четы Чаушеску — и первый в истории визит британского монарха в Японию, и первое участие в политических кризисах, где королеве пришлось демонстрировать не декоративную, а действительно решающую волю. Она открывала Олимпийские игры в Канаде, присутствовала как почетный гость на праздновании 200-летия независимости США, приветствовала первую в истории женщину — премьера Великобритании Маргарет Тэтчер. А еще в 1976 году Елизавета первой среди глав государств отправила электронное письмо по электронной почте. В то десятилетие она первой в истории британской монархии ввела новую форму общения с простыми гражданами своей страны — в буквальном смысле «ходила в народ» вместе с мужем в рамках так называемых королевских прогулок. Они с принцем Филипом периодически гуляли по улицам разных городов — и у обычных людей появлялась возможность не только воочию лицезреть рядом с собой королевскую чету, но и общаться с нею. Елизавета задумалась тогда о необходимости не только последовательного семейного, но и собственного имиджа. И придумала для себя некую униформу, ставшую на долгие годы ее визитной карточкой, миллионы раз обсуждаемой стилистами и увековеченной на множестве фотографий. Однотонные пальто и шляпки неизменного фасона — менялись только цвета — и оригинальный принцип выбора украшений, который в последующие десятилетия анализировали и дизайнеры, и историки моды, и бесчисленные фанаты-монархисты. На то десятилетие пришлись и важные события в ее собственной жизни: 25-летие пребывания на престоле, первый громкий развод в королевской семье — с мужем рассталась принцесса Маргарет, появление первого внука Питера от дочери Анны.
Казалось, так все и будет идти — размеренно, интересно, разнообразно, но в заданных рамках. Просто никто не мог предположить, что новое десятилетие, щедрое на бурные перемены, запустит и необратимые изменения в отдельно взятой семье, пусть эта семья и пребывала на вершине мира.
Восьмидесятые были не менее щедры на очередные исторические события, и снова английская королева становилась первопроходцем. К тому времени любому, наверное, приелись бы невероятные встречи с исторически значимыми персонами, но даже если Елизавета и испытывала закономерную усталость, по ее профессионально отточенной мимике этого никто бы не угадал. Вот первый в истории британский монарх сначала посещает с официальным визитом Ватикан, а потом в качестве главы англиканской церкви принимает впервые за 450 лет папу римского Иоанна Павла II. Вот она вынуждена смириться с переменами в протекторате: изменения в конституции Канады обнуляют любое влияние Британии. Вот в Виндзорском замке впервые ночует президентская американская чета — Рональд и Нэнси Рейган, а спустя 9 месяцев уже Елизавета и Филип гостят на ранчо Рейганов в Калифорнии. Вот в 1986 году королева, на своей яхте по пути в Австралию случайно оказавшаяся в гуще бурных событий — начавшейся гражданской войны в бывшей британской колонии, приказывает войти в территориальные воды Йемена и эвакуирует на борту 1068 человек. И в том же году впервые в истории британской монархии английская королева посещает Китай и встречается с Дэн Сяопином. Вот в 1989 году принимает в Виндзорском замке Михаила и Раису Горбачевых. Вот сражается с «железной леди» Маргарет Тэтчер, и, несмотря на все старания дворцовых пиарщиков, в прессу просачиваются вполне достоверные сведения о недовольстве королевы политикой премьер-министра и ее последствиями — безработицей, «закручиванием гаек», шахтерскими забастовками...
Но самые бурные потрясения — или их зачатки — ожидали Елизавету как главу семьи в собственном доме. Взять только покушения на ее родных! Террористы убили дядю ее мужа. Ее сыну Чарльзу прислали письмо, начиненное взрывчаткой. А в нее саму шесть раз выстрелили на параде в честь празднования ее дня рождения. Правда, патроны были холостыми, но ужас случившегося передать невозможно.
А в семье тем временем появилось новое лицо. Чрезвычайно яркое — правда, яркость эта в полной мере проявилась позже. Чарльз женился. Застенчивая «английская роза» Диана Спенсер стала принцессой Уэльской 29 июля 1981 года, весь мир, затаив дыхание, следил в прямом эфире за свадьбой века. Двадцать первого июня 1982 года англичане радовались рождению принца Уильяма (он стал первым наследным принцем, родившимся не во дворце, а в лондонском госпитале), а 21 сентября 1984-го — принца Гарри. Ах, какая фотогеничная получилась семья, ах, какой огромный шаг был сделан к еще большей открытости этого волшебного мира... Никто поначалу и не подозревал, что за глянцевым фасадом скрывались горькие тайны, способные превзойти коллизии самых драматичных телесериалов: жертва принца престолу и престижу — его отказ от своей, как позже выяснится, вечной и верной любви к аристократке Камилле, отчаянные попытки Дианы добиться любви в безлюбом браке, узы приличий, вынуждавшие держать лицо любой ценой...
Пищу для слухов давали многие члены королевской семьи — и именно в то время СМИ из почтительных комментаторов превратились в настоящих стервятников, выуживающих на свет все скандальные секреты. Слухи о Виндзорах стали самой популярной — а значит, самой прибыльной темой для таблоидов, больше никого не заботила проверка фактов и разграничение правды и лжи. Королевская семья и здесь, увы, стала первопроходцем — впервые в истории столкнулась с открытым непочтением и невозможностью хоть как-то повлиять на вторжение в свою, еще недавно сакральную частную жизнь. Никакие опровержения не помогали. Мало того, над членами семьи, включая королеву, теперь можно было смеяться — и это вовсе не всегда был добрый английский юмор. Их «полоскали» в ток-шоу, на них публиковали пародии и карикатуры, они стали излюбленным объектом сатириков. У Елизаветы даже появился идеальный кинодвойник — актриса Жанетт Чарльз. Впервые она явила разительное сходство с королевой в рискованной комедии «Голый пистолет», а потом играла ее во множестве фильмов и телешоу.
Именно тогда Елизавета выработала безупречную стратегию реагирования. Которая выражалась... преимущественно в отсутствии реакции. Она практически никогда не удостаивала комментариями все эти неловкие, нелепые или оскорбительные отражения в кривых зеркалах. Как бы ни провоцировали, как бы ни заходились в истерическом ожидании хоть какого-то ответа. Полное спокойствие. Сдержанное молчание. Игнорирование. Сохранение лица. Какой ценой это давалось живому человеку, живой женщине, живой душе — никому не дано было и не дано будет узнать. И если поначалу ей не могли простить стальной невозмутимости и верности многовековым правилам дворцового этикета, то с течением времени прониклись невольным восхищением, а потом и благоговением перед такой силой духа и воли.
В полной мере эту силу ей пришлось проявить в девяностые. Ей было за шестьдесят, в это время другие женщины всего мира наслаждаются заслуженным покоем в качестве жен, мам и бабушек, но Елизавета отлично знала, что для нее подобного не предвидится — с такого поста на пенсию не уходят, ее обязанности несут пожизненно. И как нарочно, дела семейные передышки тоже не давали — и жить приходилось как под увеличительным стеклом. Казалось, на королевскую семью разом ополчились все языческие боги, насылая молнию за молнией, беду за бедой. И Елизавете, капитану судна, попавшего в бесконечный шторм, пришлось очень крепко держать штурвал.
Скажем, 1992 год она впоследствии сама назовет поистине ужасным. Вот в марте она перестает быть главой государства Маврикий, бунтарски ставшего республикой. Вот буквально через неделю прессу взрывают сообщения о разводе принца Эндрю с Сарой Фергюсон, скандальной яркой Ферги, и до того то и дело доставлявшей хлопот своими выходками. Вот в апреле принцесса Анна разводится с Марком Филлипсом. Вот в октябре кортеж королевы на улицах Дрездена забрасывают яйцами. Вот в ноябре горит Виндзорский замок, и результатом пожара становится ущерб в 37 миллионов фунтов стерлингов и более ста выгоревших комнат. Вот в декабре премьер Джон Мейджор вынужден объявить в Палате общин о том, что принц Чарльз и принцесса Диана «дружески расстались» и отныне проживают отдельно. А вдобавок в том же году государственные расходы на содержание двора сократили в разы, королеву обязали выплачивать подоходный налог, Букингемский дворец в принудительном порядке открыли для экскурсий, а еще Елизавете пришлось нарушить собственные правила и таки подать в суд на желтую газету, заранее опубликовавшую текст ее рождественского обращения к нации. Кто бы выдержал такой год? Только человек редкостной душевной силы и самодисциплины. Она никогда не была обычной женщиной — и поэтому никому так и не удалось поймать хотя бы тень вожделенной обычной, обывательской эмоции на ее лице.
Мир менялся во всем — в мелком и крупном. Вот Елизавета и президент Франции Франсуа Миттеран открывают тоннель под Ла-Маншем, вот королева в первый и единственный раз приезжает в Россию, вот празднует сорокалетие на троне и отражает нападки английского общества на институт монархии, мягко рекомендуя если уж критиковать, то с юмором и пониманием. А вот с горечью понимает, что брак Чарльза и Дианы просто невозможно спасти. Ничего не удалось утаить — никаких подробностей супружеских измен и обид, как не удалось пресечь поток разоблачений и откровенностей от множества случайных свидетелей. Это нужно было пережить, держать лицо и не отвечать ничем, кроме предусмотренных протоколом действий. Поэтому свекровь «народной принцессы» просто посоветовалась с самыми близкими, включая архиепископа Кентерберийского, и написала сыну и невестке письма, в которых со сдержанной усталой решимостью предложила развестись наконец официально. И они развелись 28 августа 1996 года — без твердого окончательного решения Елизаветы этого, возможно, так и не случилось бы. А еще спустя год и три дня — 31 августа 1997-го — мир буквально взорвало известие о гибели Дианы в парижском тоннеле, где она с новым возлюбленным Доди аль-Файедом пыталась оторваться от папарацци. Они кружили над ней всю жизнь — и наконец догнали.
Что испытала в те черные дни Елизавета — королева, мать, свекровь, бабушка двух маленьких мальчиков? Пять дней дворец хранил молчание — на сей раз скорее от горя и растерянности. Однако мир предпочел посчитать это проявлением черствости и равнодушия, и никогда более, ни до ни после, королева не оказывалась под таким цунами критики. Она и теперь взяла себя в руки. Пятого сентября обратилась к нации с речью, полной глубокой скорби и одновременно достоинства.
Мир тогда раскололся на две части — одна половина планеты горой стояла за Диану и во всех ее злоключениях винила обитателей Букингемского дворца, а другая отстаивала честь британской короны и винила принцессу Уэльскую в нарушении договоренностей и «мирских страстях». Королевской семье еще несколько десятков лет пришлось нести груз трагедии и терпеть бесчисленные книги, фильмы, публикации в СМИ, сериалы, документальные драмы, в которых чужие люди буквально на атомы расщепляли их тайны, препарировали их личности и помыслы, выдвигали разнообразные теории и запускали целые тайфуны слухов. Единственная картина об этой горькой странице жизни, которую Елизавета II оценила высоко и даже не без признательности, — это «Королева», где ее роль с невероятной тонкостью и деликатностью сыграла Хелен Миррен.
Между тем жизнь должна была продолжаться — и королева должна была в этой жизни исполнять свой долг. В конце ноября того же 1997-го они с принцем Филипом отпраздновали полувековой юбилей свадьбы. И в Сети появился официальный сайт Букингемского дворца — очередная премьера, очередная новация в жизни двора и общества.
А потом она встретила новый век. И в нулевых продолжала выдерживать те же темп и интенсивность и олицетворять свой уникальный статус — проводя бесчисленные встречи, присутствуя на всевозможных важных событиях и продолжая маленькой рукой крепко держать бразды правления в своей стране. Принимала поздравления с 50-летием пребывания на троне, хоронила королеву-мать Елизавету и сестру Маргарет. Впервые в истории посетила мечеть и впервые в истории в качестве держательницы престола получила в подарок золотой диск — за мультитиражную запись праздничного концерта во дворце. С непроницаемым лицом встретила неслыханное: повторную женитьбу принца Чарльза на той самой его вечной любви — Камилле Паркер-Боулз, и эта церемония бракосочетания впервые в истории была не церковной, а гражданской. Справлялась с проблемами со здоровьем — мучилась болями в спине и перенесла операцию на коленях. Встречалась с новыми главами ключевых государств — с президентами Путиным, Обамой, Бушем-младшим, Медведевым, Саркози, канцлерин Меркель и канцлером Шольцем, премьером Берлускони... Сражалась с премьером Тони Блэром, к тому времени ставшим ее непримиримым противником. Праздновала бриллиантовую свадьбу — 60 лет брака с Филипом. С философским спокойствием сознавала, что обогнала свою легендарную прапрабабку королеву Викторию в долгожительстве, став старейшим британским монархом в истории — она ведь во всем была первой, что ж, пусть и в этом. К тому времени отношение к английской монархии в мире и стране претерпело очередной разворот на 180 градусов — недавние критики «устаревшего бутафорского образования» уступили место поклонникам, буквально боготворившим этот последний оплот старого мира, хранивший устойчивые традиции и принципы. Награждала знаменитостей титулами — сэры и дамы множились: Элтон Джон, Джуди Денч, Шон Коннери, Эдвард Кеннеди...
Мир все меньше походил на себя и несся со все большей скоростью. Войны и теракты, изменения границ, кризисы, появление новых течений и технологий — по каждому поводу от Елизаветы ждали реакции, будь то высказывание или поступок. И она не подводила, неизменно демонстрируя острый цепкий ум, память и безупречную уместность каждого своего слова. Недаром перед ее вторым в жизни выступлением на Генеральной ассамблее генсек ООН Пан Ги Мун представил ее как спасительный якорь эпохи. Эти красивые слова не прозвучали как патетическое преувеличение — мир именно так и думал, цепляясь за королеву, как за спасательную шлюпку. Слова «Боже, храни королеву!» теперь звучали все чаще не как привычная формула, а как коллективная молитва — словно только присутствие этой маленькой женщины в неизменных пальто и шляпке, с маленькой сумочкой, в туфельках на устойчивом каблуке удерживало сходящую с ума планету на оси.
К 2010-м годам перед долгожительством королевы — как политическим, так и физическим — мир уже откровенно благоговел. Даром что одновременно статус двора претерпевал исторические изменения: британскую корону лишали одной привилегии за другой. Королева больше не могла распустить парламент собственным единоличным решением, пересмотрели и собственность, и порядок престолонаследия. А вот жизнь семьи продолжалась. Принц Уильям женился на Кейт Миддлтон, которая пришлась Елизавете по сердцу и полностью оправдала ожидания впоследствии. И в декабре 2010 года на свет появилась первая правнучка по линии принцессы Анны — маленькая Саванна Филлипс.
Мир ловил каждую подробность. Рукоплескал королеве, открывающей юбилейные, тридцатые Олимпийские игры. Умиленно улыбался ролику, в котором королева и Джеймс Бонд в лице Дэниела Крейга прыгали с парашютом над стадионом, а потом стоя аплодировал присужденной Елизавете кинопремии BAFTA «за многолетнюю поддержку национального кинематографа и телевидения», а ведущий в шутку назвал ее лучшей «девушкой Бонда». Ах, скольких же Бондов она повидала — всю свою книжную и экранную жизнь агент 007 во всех ипостасях неизменно находился на секретной службе Ее Величества...
Она праздновала «алмазное» 60-летие на троне — да как! Принимая самый крупный в истории речной водный парад, слушая на площади перед дворцом уникальный концерт всех мировых звезд, а еще... посетив рядовую свадьбу рядовой пары в манчестерской мэрии. Принимала поздравления с 65-летием брака. Впервые побывала на заседании Кабинета министров. Впервые в истории выступала с рождественской речью в 3D-формате. Опубликовала сообщение в «Твиттере» — и инициировала присутствие королевской семьи во всех популярных международных соцсетях. Не пытаясь гнаться за временем, ухитрялась оставаться на его гребне.
Встретила рождение первого правнука по линии принца Чарльза — Джорджа Кембриджского, второй правнучки Шарлотты и третьего правнука Луи. Лишь спустя годы им предстоит узнать, что их великая прабабушка была старейшим британским монархом и дольше всех правила страной.
Она видела слишком много и слишком многих и многое пережила. Величайшие звезды гасли на ее глазах: уходили с политического небосклона и умирали президенты, музыканты, киноактеры, магнаты, религиозные деятели и ученые. Сменяли друг друга премьер-министры — шутка ли, 15 политиков, с каждым из которых следовало выстроить отношения заново.
Она давно приняла все сопутствующие ее уникальному статусу события и детали. Биографические книги разного пошиба, фильмы, где ее играли звезды первой величины, юбилейные монеты и марки. Она стала самой долгоправящей из всех современных глав государств, а ее платиновый 70-летний брак — самым долгим среди всех королевских пар. Никто уже не желал вспоминать о том, что этот брак тоже имел свои непростые страницы — теперь все только смахивали слезу благоговейного умиления, видя, как не теряющий даже в свои преклонные годы военной выправки высокий принц Филип прогуливается по парковым дорожкам со своей маленькой супругой и ее неизменными корги, или растроганно улыбались, глядя, как он продолжает забавлять ее неизменной шуткой — переодевается в одного из рядовых дворцовых гвардейцев, а она не выдерживает и от неожиданности прыскает со смеху, как юная счастливая девочка. Ей оперировали катаракту, и из-за этого, а также аварии, пережитой престарелым мужем, пришлось официально отказаться от вождения машины.
А еще королевская семья пережила очередное «впервые» — и скандальность событий сравнилась с давней историей Дианы. Любимый бабушкин внук рыжий смутьян Гарри женился. На американке. На актрисе. На темнокожей. На Меган Маркл. И королевская семья приняла это и поняла. Трансляция свадьбы побила все рекорды. А спустя совсем немного времени рекорды побили уже совсем другие программы — сначала сведения о специфическом поведении новой герцогини Сассекской, затем радостное известие о рождении их первенца Арчи Харрисона Маунтбаттен-Виндзора, а затем — потоки слухов и откровений, публичные рассказы Меган о потере ребенка, жалобы на удушливую атмосферу во дворце... И наконец эта женщина совершила неслыханное со времен короля Эдуарда и Уоллис Симпсон. Она ухитрилась рассорить Гарри с родными, и сложившая с себя полномочия молодая семья уехала в Америку. И вновь мир был потрясен блистательным сдержанным достоинством, с которым Елизавета II реагировала на эту ситуацию, и безупречным выбором слов, выражающих официальную позицию королевской семьи.
Долгая жизнь и мир, который знала английская королева, неумолимо двигались к финалу. Премьер-министры, один одиознее другого, будь то Тереза Мэй или Борис Джонсон. Выход страны из Евросоюза. Пандемия. В эти беспрецедентные дни международного карантина Елизавета обратилась к нации с внеочередным сообщением — 24 миллиона подданных слушали ее слова ободрения. До тех пор она выступала с такими речами считаные разы — после гибели Дианы, начала войны в Персидском заливе, смерти королевы-матери... словом, в решающие для короны минуты. А потом она обратилась к нации в 75-летнюю годовщину конца Второй мировой войны. День в день, час в час, минута в минуту с тем временем, когда 8 мая 1945 года ее отец сделал то же самое.
Она неизменно подавала пример во всем — даже надев маску в поездке к могиле Неизвестного солдата в столетие ее основания. Или вместе с мужем пройдя вакцинирование против коронавируса. Для нее все снова было впервые. Впервые — тяжелейшее длинное интервью Гарри и Меган Опре Уинфри, в котором королевской семье попытались нанести непоправимый ущерб. Потом мучительное в своей неизбежности вдовство. Почти столетний герцог Эдинбургский, до последнего поддерживавший жену и бывший ей крепкой опорой, ушел из своей и ее жизни 9 апреля 2021 года. Весь мир скорбел и плакал в бесконечном сочувствии маленькой женщине, изо всех сил державшей спину прямой и сдерживавшей слезы, проходя все положенные мероприятия, в одиночестве — из-за карантина — сидя на скамье в виндзорской фамильной часовне.
Все всё понимали. Бесчисленное множество обычных людей во всем мире, о самом существовании которых королева Елизавета II и не подозревала, понимало ее. Понимало, как же она устала. Понимало, что в каком-то смысле с уходом мужа закончилась и ее жизнь — точнее, ее личный смысл жизни, и держит ее на плаву только долг. Понимало, каким героизмом является ее всегдашняя готовность делать что должно, и будь что будет — нести свои обязанности и исполнять свое служение. Устраивать приемы, поддерживать дипломатические связи, вручать награды, присутствовать на заседаниях, встречаться с очередными новыми мировыми лидерами — ах, сколько же их сменилось за ее долгую карьеру престолодержательницы, десятки, десятки...
У нее рождались все новые правнуки и правнучки, и теперь она радовалась этому уже одна, без мужа-прадеда. Она фотографировалась со своим огромным кланом. Преодолевала нелады со здоровьем — и впервые выходила с тростью, и вид ее, при всей безупречности, вызвал коллективный тоскливый вздох. Особенно когда люди узнали, что Елизавета пользуется тростью покойного мужа. Попадала в больницу и стремительно выписывалась, старательно транслируя обществу негласное послание: все штатно, все в порядке, я с вами, ничего не изменилось. Гуляла с собаками в неизменном плаще и простом платочке на голове. Чувствовала себя все хуже, но не сдавалась — и если состояние здоровья не позволяло лично присутствовать на важном мероприятии, использовала современные технологии и посылала аудитории улыбку и уместные слова в видеообращениях. И она вежливо и твердо отказалась от присужденного ей звания «Старушка года», заявив, что не соответствует критериям, поскольку категорически не чувствует необходимого званию возраста. И старалась никак не комментировать бьющий все рекорды популярности многосезонный сериал «Корона», главной героиней которой являлась, сыгранная разными актрисами для каждого возраста. Она была выше — любой обыденности, любых простых реакций, любых ожиданий.
Семидесятилетие правления — и простые слова: в 1947 году она однажды публично поклялась служить стране и народу всю жизнь и намерена сдержать клятву. Положительный тест на ковид. Сокращение обязанностей, но не отказ от них. Переезд в Виндзорский замок из Букингемского дворца— но по-прежнему встречи и совещания с сильными мира сего. Платиновый юбилей.
Все знали, что после ее ухода королем станет Чарльз. Но ни подданные, ни сам будущий монарх не желали даже помыслить о том, что этот момент настанет. Весь мир жил зажмурившись, как ребенок, страшащийся признать, что его самый родной человек — смертен.
И когда это произошло, мир-ребенок отчаянно разрыдался в парадоксальном неверии в неизбежную реальность. Она успела все, до последней минуты оставаясь верной своему долгу. Оставила все необходимые распоряжения. Встретила нового премьер-министра, свою тезку Лиз Трасс. Дождалась спешивших на прощание родных. И сошла с трона и вышла из жизни 8 сентября 2022 года. В 96 лет.
Мир отказывался прощаться — даже прощаясь. Мир плакал, видя бесхитростные картинки: осиротевшие корги, поводки которых на другом конце больше никто не держит. Мир плакал, пересматривая последнее чудесное камео Елизаветы — ее чаепитие с медвежонком Паддингтоном. Мир плакал, узнав о неукоснительном соблюдении чудаковатой традиции, одной из тех, какими жив волшебный мир британской монархии, — о том, что королевским пчелам тоже официально сообщили о смерти их патронессы. Мир плакал, пересматривая бесчисленные фотографии и хроникальные кадры. От смеющейся малышки, катящей на первом двухколесном велосипеде, — до чудесной Дамы вне возраста, неспешно идущей с прямой спиной, словно с нею рядом по-прежнему идет высокий сильный спутник. Мир плакал, в последний раз обращая в небо, теперь уже по-новому, старые слова: «Боже, храни Королеву!»
Коментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/188857/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/188212/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/187515/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/186763/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/186043/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/185233/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2024/184662/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/183759/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/183220/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/182344/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/181636/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/180855/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/180051/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/179240/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/178469/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/177640/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/176858/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/175968/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2023/175203/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/karavan-istorij/2022/174455/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_online.jpg)